Деловой Монреаль — Новости Канады и Монреаля Монреаль, Квебек, Канада: новости, бизнес-каталог, реклама, объявления
Есть артисты, которым достается готовая слава. А есть те, кто сначала возвращает людям то, что они уже почти забыли. Галина Карева была именно такой. Она совершила почти невозможное: в годы, когда русский старинный и городской романс считался пережитком прошлого и был вытеснен с большой сцены, она вернула ему право звучать и сделала его всенародно любимым.
Вчерашний концерт, посвященный Галине Каревой, стал не просто музыкальным вечером. Это был вечер памяти, благодарности и, если угодно, возвращения. Возвращения к музыке, которую когда-то пытались заставить замолчать. Подготовила и провела концерт замечательная певица Антонина Левина, и сделала это с той редкой любовью к материалу, когда человек не просто рассказывает историю, а словно открывает перед зрителем дверь в другой мир. Мир русского романса.
Галина Карева была прежде всего профессиональной оперной певицей. Она работала в Куйбышеве, затем в Ленинграде, пела большой оперный репертуар. Одной из ее коронных партий была Кармен. И здесь есть еще одна удивительная деталь: Кармен Карева пела по-русски.
Казалось бы, судьба ее была определена. Оперная сцена, большие партии, академический репертуар. Но всесоюзную славу ей принесло совсем другое. Искусство, которое в те годы находилось далеко не в центре официальной музыкальной жизни. Романс. Старинный и городской.
Сегодня трудно представить, что русский романс когда-то оказался почти на обочине отечественной культуры. После революции отношение к этому жанру резко изменилось. Его объявляли мещанским, сентиментальным, несовременным. Вместе с дореволюционной культурой он оказался среди того, от чего новая эпоха стремилась отказаться. Гонения на романс были частью гораздо более широкого процесса. Даже Дмитрий Шостакович, один из величайших композиторов XX века, в определенный период участвовал в критике «романсовой» культуры.
И вот здесь появляется Галина Карева. Она не стала ждать, пока кто-нибудь разрешит ей петь то, что она любила, она сама пошла искать этот исчезающий мир. Старые сборники, забытые ноты, малоизвестные имена, стихи, которые уже почти никто не пел. Карева выискивала музыку, разучивала ее и приносила на сцену. Это был не просто выбор репертуара. Это была работа по спасению культурной памяти.
Карева собирала по крупицам огромную мозаику русского музыкального прошлого. И происходило невероятное: то, что считалось старым и ненужным, оказалось нужно людям. Очень нужно. Зрители услышали в этих мелодиях собственную историю — любовь, разлуку, ожидание, тоску, надежду. Услышали стихи, которые говорили о чувствах без всякой идеологии и лозунгов. И старинный городской романс, долгое время считавшийся чем-то почти неприличным для большой советской сцены, вдруг стал всенародным. А Карева стала невероятно популярна.
Но, пожалуй, самое важное в ее успехе было не количество поклонников. Она вернула оболганному жанру достоинство.
Именно поэтому вчерашний концерт Антонины Левиной оказался особенно важным. Это был не набор знакомых мелодий, которые приятно послушать вечером. Каждая песня словно становилась частью большого рассказа — о России, о ее музыкальной памяти, о людях, которые любили, страдали, расставались и надеялись задолго до нас.
Прозвучал удивительный романс, родившийся в семье Льва Толстого. В нем особенно ясно ощущалось, насколько тесно в русской культуре переплетались литература и музыка: стихотворение могло продолжить свою жизнь в мелодии, а домашняя музыкальная история выйти далеко за пределы одного семейного круга.
Звучали романсы Петра Булахова и Юрия Хайта. Особое место заняло произведение Николая Шишкина, композитора из знаменитой династии русских цыган. И здесь снова возникала та удивительная Россия, которую Карева так бережно возвращала слушателям: многонациональная, музыкальная, невероятно разнообразная, способная соединить академическую традицию, городскую песню и цыганскую музыкальную культуру.
Особенно выразительно прозвучала своеобразная музыкальная перекличка двух романсов — «Уходи!» и «Не уходи, побудь со мною!» Кажется, трудно придумать более точный диалог. В одном — решимость разорвать связь, в другом — отчаянная просьба ее сохранить. Две фразы, между которыми помещается целая человеческая жизнь.
А в «Не уходи, побудь со мною!» вдруг отчетливо слышится знакомая музыкальная интонация Георгия Свиридова из «Метели» по Пушкину. И это тоже очень по-русски: одна мелодия отзывается в другой, одна эпоха — в другой, один музыкальный образ неожиданно продолжает другой.
Особое впечатление оставила лермонтовская «Молитва». Сегодня мы можем услышать ее просто как прекрасное стихотворение и прекрасную музыку. Но в советское время сама возможность вынести на большую сцену произведение, в котором так непосредственно звучат вера и обращение к Богу, была поступком гораздо более смелым, чем может показаться сейчас.
И здесь особенно интересно вспомнить, что Карева в юности училась в одной школе с Зоей Космодемьянской и в определенном смысле равнялась на нее. Это важная деталь ее характера. В Каревой, судя по ее судьбе и выбору, было то же внутреннее упрямство идти своим путем, даже если этот путь не самый удобный и не самый безопасный. Она не боролась громкими словами. Она просто продолжала петь.
Конечно, невозможно говорить о русском старинном городском романсе и не вспомнить Бориса Фомина. Миру хорошо известны его «Дорогой длинною» и «Только раз». Но вчера прозвучало другое его произведение: «Благодарю, не надо». И это было уже не просто исполнение романса. Это была маленькая театральная сцена. В нескольких минутах — характеры, отношения, интонации, обида, достоинство, любовь и то самое человеческое «слишком поздно», которое так часто становится главным героем русского романса.
И в этом, наверное, тоже секрет жанра: хороший романс никогда не бывает просто песней. Это маленький спектакль, в котором человек остается один на один со своим сердцем.
А в финале прозвучал романс, написанный самой Галиной Каревой, — «Зачем приходит поздняя любовь». Как будто круг замкнулся. Она всю жизнь искала чужие забытые песни, возвращала людям чужие стихи и мелодии, поднимала из небытия имена композиторов. А в конце вечера мы услышали уже ее собственный голос — не только как исполнительницы, но и как автора.
И название звучит почти символически. Зачем приходит поздняя любовь? Может быть, затем, чтобы напомнить человеку, что сердце не подчиняется календарю. А может быть, затем, чтобы оставить после себя песню.
Галина Карева прожила недолгую жизнь. Но есть люди, чья жизнь измеряется не годами. Она измеряется тем, сколько осталось после них. После Каревой остались песни. Остались стихи. Остались имена композиторов, которых могли окончательно забыть. Осталась сама традиция русского старинного городского романса уже не как что-то пыльное, мещанское и принадлежащее прошлому, а как живое искусство.
И сегодня, когда со сцены снова звучат старинные и городские романсы, когда молодые певцы обращаются к Булахову, Фомину, Хайту, когда мы узнаем эти мелодии и передаем их дальше, в этом есть и ее заслуга. Карева не просто пела романсы. Она спасала их от забвения. И, наверное, поэтому вчерашний вечер был посвящен не только певице.
Он был посвящен памяти, которую она сумела сохранить. Антонина Левина сделала эту память слышимой, живой, теплой, человеческой. И пока со сцены звучит старинный городской романс, пока кто-то берет в руки старый нотный сборник, пока забытое имя снова произносится вслух, дело Галины Каревой продолжается.
Она вернула романсу голос. А романс, спустя десятилетия, продолжает отвечать ей памятью, благодарностью и любовью. Даже такими дождливыми вечерами, как вчерашний, на сердце было тепло, светло и радостно!
